Большая политика: Карибский кризис, часть 2

В 22 октября в 15:50 Фидель Кастро как главнокомандующий Революционными вооружёнными силами (РВС) отдал приказ о приведении войск в полную боевую готовность. 23 октября было объявлено о всеобщей мобилизации. Общая численность РВС достигла 269203 чел. Одновременно были сформированы подразделения народной обороны численностью 112320 чел.
В этот же день Хрущёв направил послание Кастро, в котором заявление Кеннеди расценивалось как вмешательство во внутренние дела Кубы и провокационная акция против СССР.
Американское руководство начало подготовку воздушной блокады: была достигнута договорённость с Гвинеей и Сенегалом о запрете посадки советских самолётов на территории этих стран, а также начаты переговоры с западноевропейскими странами о воспрепятствовании полётам самолётов Чешской авиакомпании на Кубу. Американские войска начали продвижение к районам сосредоточения десанта.

В этот же день, 23 октября, Советское правительство внесло в ООН предложение о срочном созыве Совета Безопасности для рассмотрения вопроса «О нарушении Устава ООН и угрозе миру со стороны Соединённых Штатов Америки».
Первым на этом заседании выступил американский делегат Э.Стивенсон. Он представил американский проект резолюции, в котором выдвигались требования о вывозе с Кубы советских ракет и направлении на Кубу наблюдателей ООН «для обеспечения выполнения настоящей резолюции». Только в случае выполнения этих требований США соглашались не проводить мер по карантину. Был в американском проекте пункт о том, чтобы СССР и США в срочном порядке обсудили вопрос о мерах по устранению существующей «угрозы безопасности Западного полушария».

Представитель Кубы в своём выступлении показал, что агрессивные действия США против Кубы, создавшие угрозу всеобщему миру, являются продолжением и усугублением враждебной в отношении Кубы политики, которая проводится правящими кругами США после победы кубинской революции. Эти действия представляют собой прямое вмешательство во внутренние дела Кубы, грубое нарушение устава ООН и общепринятых норм международного права.
В выступлении представителя СССР были приведены многочисленные факты действий США против Кубы и показано, что правительство США предприняло противоречащие общепризнанным международным нормам односторонние агрессивные акции в Карибском море, которые поставили мир перед угрозой термоядерной войны. СССР выдвинул конкретные предложения о немедленном прекращении этих агрессивных действий и призвал вступить в переговоры с целью нормализации обстановки и предотвращения угрозы возникновения войны.
24 октября состоялось заседание Совета Безопасности, на котором развернулась горячая дискуссия: Венгрия, Чили, Великобритания поддержали карантин. Представители Румынии, Ганы, ОАР осудили введение морской блокады. Исполняющий обязанности генерального секретаря ООН У Тан зачитал текст послания правительствам США и СССР с призывом сесть за стол переговоров.

В период Карибского кризиса шла интенсивная переписка между главой Советского правительства и президентом США. Советская сторона искала путь к мирному урегулированию вызванного США кризиса, чреватого угрозой всеобщему миру.
В письме на имя президента от 23 октября Хрущёв отметил, что оружие, находящееся на Кубе, предназначено только для целей обороны. Заявление президента США от 22 октября было охарактеризовано как неприкрытое вмешательство во внутренние дела Кубы, СССР и многих других государств.
24 октября посольство США сообщило ответ Кеннеди. В нём снова делалась попытка возложить вину за возникновение Карибского кризиса на Советский Союз: «Первым шагом, послужившим началом нынешней цепи событий, было действие Вашего правительства, выражавшееся в тайной поставке на Кубу наступательного оружия». Вместе с тем президент США выразил надежду, что США и СССР проявят реализм и не предпримут шагов, ещё более затрудняющих возможность «держать события под контролем».

В ответном письме Хрущёва от 24 октября было отмечено, что действия правительства США носят ультимативный характер, рассчитанный на то, чтобы запугать Советский Союз: «Вы бросили нам вызов. Наши связи с Кубой …касаются только двух стран. Вы, господин Президент, объявили не карантин, а выдвинули ультиматум и угрожаете, что если мы не будем подчиняться Вашим требованиям, то Вы примените силу. Вдумайтесь в то, что Вы говорите! Вы уже не апеллируете к разуму, а хотите напугать нас. Действия США в отношении Кубы - это прямой разбой…Мы вынуждены будем со своей стороны предпринять меры, которые сочтём нужными и достаточными …Для этого у нас есть всё необходимое».

Менее чем через сутки Кеннеди дал ответ, в котором пытался интерпретировать последовательность событий летом и осенью таким образом, чтобы оправдать свои действия по отношению к Кубе. Он выдвигал версию, что только действия Советского правительства могут восстановить существовавшее ранее положение: «Я надеюсь, что ваше правительство предпримет необходимые действия, позволяющие восстановить существовавшее ранее положение».
25 и 26 октября обстановка продолжала накаляться. 26 октября глава Советского правительства направил президенту США ответ на его письмо от 25 октября. В нём подчеркивалось, что народы социалистических стран, а также все прогрессивное человечество хотят мира, рассматривают войну как «бедствие, а не как игру и средство для достижения политических или других целей». Далее в письме содержались конкретные предложения, которые позднее легли в основу урегулирования Карибского кризиса.
«Давайте нормализуем обстановку», - предлагалось американскому президенту. «Мы с Вами спорим, у нас есть расхождения по идеологическим вопросам . Но наше миропонимание состоит в том, что вопросы идеологические должны решаться не военным путём, их надо решать на основе мирного соревнования. Необходимо мирное сосуществование двух различных социально-политических систем…».

Анализируя советские послания президенту США, можно отметить твёрдость Советского Союза перед лицом агрессивных действий Соединённых Штатов. Вместе с тем, эта твердость сочеталась с гибкостью.

Вечером 26 октября в штабе ГСВК состоялось совещание кубинского военно-политического руководства и командования советских войск. Все части, включая ракетные, были готовы к бою. По результатам совещания главнокомандующий ГСВК Плиев докладывал в Москву: «По мнению кубинских товарищей, удар авиации США по нашим объектам на Кубе следует ожидать в ночь с 26 на 27 октября…Принято решение в случае удара по нашим объектам со стороны американской авиации применить все имеющиеся средства ПВО». Согласно воспоминаниям министра обороны США Макдамары, ночью в субботу 27 октября он не надеялся дожить до следующей субботы.

26 октября Кастро отдал приказ с 27 октября открывать огонь по самолётам США, нарушающим воздушное пространство Кубы.
Вечером, 26 октября, по приказу заместителя командующего ГСВК по ПВО был сбит американский разведывательный самолёт У-2. В течение многих лет была распространена версия о том, что американский самолёт был сбит кубинскими противовоздушными силами и что сам Кастро нажал кнопку пускового устройства. Как уже было отмечено, действительно, кубинским силам ПВО был отдан приказ сбивать американские самолёты, нарушавшие воздушное пространство Кубы. Но кубинская артиллерия не стреляла выше 10-12 тыс.км.
По получении этого известия президент США провёл совещание, на котором не поддержал предложение о немедленном авиационном ударе по Кубе. Он заметил, что обе стороны пойдут на четвертый и пятый, но не дойдут до шестого, так как его будет некому делать. Джон Кеннеди и его ближайшее окружение взяли курс на поиск компромиссной основы для ликвидации кризиса.

Правительство Кубы также предприняло шаги к тому, чтобы искать мирные пути урегулирования Карибского кризиса. 27 октября премьер-министр Кубы заявил, что его страна готова обсудить всё, что будет необходимо, относительно её разногласий с США и сделать в сотрудничестве с ООН всё от неё зависящее, чтобы разрешить существующий кризис. Вместе с тем, Куба решительно отвергает действия, нарушающие её суверенитет, каковым является морская блокада.

27 октября в официальном послании СССР были выдвинуты компромиссные предложения, которые и послужили основой для регулирования кризиса. СССР согласился вывезти с Кубы ракеты, но при обязательном условии, что американское правительство согласится уважать неприкосновенность границ Кубы и обязуется не осуществлять в её отношении агрессии: «Мы согласны вывести … средства с Кубы, …а Ваши представители сделают заявление о том, что США …вывезут свои средства из Турции, будут уважать неприкосновенность границ Кубы, её суверенитет».
Таким образом, во избежание дальнейшего обострения международной обстановки, грозившей перерасти в военное противостояние с непредсказуемыми последствиями, вплоть до начала новой мировой войны, правительство СССР сочло разумным согласиться с требованиями США о вывозе советских ракет с территории Кубы в обмен на заверения правительства США о соблюдении территориальной неприкосновенности острова, гарантии невмешательства во внутренние дела Кубы и обещание вывести американские ракеты среднего радиуса действия с территории соседней с СССР Турции.

Карибский кризис имел важные долговременные последствия. Кризис поставил мир перед реальной угрозой ядерной войны. Ответственность за это несут обе стороны - как американская, нагнетавшая враждебную кампанию против Кубы, так и советская, отправившая ракеты за океан.
Урегулирование кризиса могло быть произведено только путём двухсторонних переговоров.
Хрущёв и Кеннеди поняли, что развязывать такие сложные операции, как случилось вокруг Кубы, слишком опасно.
После Карибского кризиса возобновляется диалог сторон. В августе 1963 года между СССР и США был заключено первое соглашение, направленное на сдерживание гонки вооружений. США, СССР и Великобритания подписали договор, который положил конец всем экспериментальным ядерным взрывам. А через 5 лет последовал договор о нераспространении ядерного оружия. Начиналась полоса сотрудничества США и СССР. В итоге в области вооружений между СССР и США установилось если не равенство, то стратегическое равновесие.

Укрепление военной мощи СССР положило конец стратегической недосягаемости США, которая полагалась раньше. Изменение в соотношении как военных, так и политических сил в мире привели международные отношения к переходу от «холодной войны» к политике разрядки напряженности.
Советский союз увозил ракеты с кубы, США убрал с турецкой территории ракеты, направленные на Советский Союз. Как впоследствии говорил Хрущёв - «Ну вот, свозили туда - сюда ракеты, а своего добились».
Впервые в истории советских Вооружённых Сил была оперативно осуществлена переброска через океан более чем 40-тысячной армии с большим количеством техники и вооружения. Причём эти задачи были выполнены чётко.

Кеннеди запретил трактовать исход конфликта с СССР как победу США и поражение СССР, к чему явно склонялись представители его администрации. Кеннеди понимал, что в советско-американских отношениях не может быть иной альтернативы, чем переговоры и разрядка. Карибский кризис оказал сильное влияние на позицию Кеннеди в отношении к СССР. Свидетельством тому была его речь, произнесённая 10 июня 1963 года в Американском университете в Вашингтоне, где президент прямо заявил о необходимости радикального пересмотра отношения к Советскому Союзу, отказа от политики Холодной войны. «Течение времени и событий зачастую приносит удивительные перемены в отношения между нациями». Кеннеди объяснял, что у войны «новое лицо», что тотальная война бессмысленна, ибо грозит уничтожением человечеству: «Всё, что мы создали, всё, над чем трудились, будет уничтожено в первые 24 часа». Кеннеди призывал добиться «расширения взаимопонимания», изменив отношение к Советскому Союзу.

Военно-стратегически итоги Карибского кризиса - это скорее выигрыш СССР, так как были устранены уже существовавшие ракетные базы в Турции и Италии, гарантирована неприкосновенность Кубы. Советская цена - вывоз ракет оттуда, где их и не было раньше.
Политико-пропагандистски это скорее выигрыш США, которые стали выглядеть жертвой советского экспансионизма. Американская администрация смогла добиться согласия советского руководства на конфиденциальность договорённостей о вывозе американских ракет из Турции и Италии в обмен на своё невмешательство в дела Кубы. Вывоз советских войск с Кубы под давлением США стал использоваться пекинской пропагандой в странах третьего мира как признак слабости СССР.

Геополитически это был первый и последний ракетно-ядерный кризис. Ядерное оружие оказалось политическим фактором.
Карибский кризис явился естественным результатом «Холодной войны», противостояния США и СССР. Октябрьские события 1962 года поставили мир на грань ядерной катастрофы. Только перед лицом грозной опасности руководители США и СССР поняли, насколько далеко они зашли в своей политике, убедились, чем чревата демонстрация ядерных мускулов. Карибский кризис вынудил Д.Кеннеди и Н.С.Хрущёва искать возможности недопущения ядерной войны, нераспространения ядерного оружия, его сокращения, запрещения испытаний, т.е. стал поворотным пунктом на пути продвижения к миру. Политики и военные отчетливо осознали, что в ядерной войне победителей не бывает.

В итоге одержали верх здравый смысл и осознание ответственности.